Максим СамарцевИнтересные детали из жизни легенды.
К Анатолию Тарасову можно относиться по-различному. Одни считают его папой советского хоккея и реальным гением. Остальные не воспринимают его достижения с ЦСКА во внутреннем чемпионате серьезно и припоминают, что с Тарасовым в роли основного наставника государственная сборная не выиграла ничего сурового. Однако опровергать то, что Анатолий Владимирович отдавался возлюбленному делу без остатка, просто нереально.
Тарасов не направлял внимания на победы. Даже после успешных игр он указывал игрокам на их ошибки и рвался к эталону в игре собственной команды. В учебно-тренировочном процессе для величавого наставника не было мелочей. На тренировках он подмечал каждую деталь, о которой хоккеисты даже и подумать не могли.
«Тарасов вел тренировочного занятия с энтузиазмом, зажигал ребят, был строг к тем, кто ленился, придумывал достойные внимания упражнения. Добивался многого, но мы заводились и работали на совесть. Время от времени желал кто-то из ребят поддеть Тарасова, но все завершалось в его пользу», — вспоминал Борис Михайлов.
Анатолий Владимирович повсевременно придумывал новые способы мотивации собственных игроков. Так как у атлетов, тренировавшихся 11 месяцев в году, часто пропадало всякое желание выходить на лед. Тогда Тарасов выдавал какой-то увлекательный перформанс, возвращавш?? хоккеистам вкус к спортивной жизни.
«Он был постоянно на коньках, мог на тренировочном занятии сам лечь под шайбу, часто делал упражнения вместе со всеми. Чувственный, заводной, взыскательный, Анатолий Владимирович зажигал всех своим энтузиазмом и вместе с тем зорко смотрел за работой каждого игрока», — говорил заступник Виталий Давыдов.
Очередной увлекательной индивидуальностью основного наставника ЦСКА и сборной Советский Союз было то, что на его тренировках упражнения практически никогда не допускалось повторения. Перед каждым занятием Анатолий Владимирович составлял его детализированный план и продумывал все до мелких деталей. Хоккеисты, которые играли под его управлением 10 и поболее лет, рассказывали, что Тарасов вправду на каждой тренировочном занятии давал полностью новые упражнения. Это положительно отражалось на моральном здоровье его игроков — благодаря новизне они еще меньше утомлялись от тренировочного процесса.
«Я нередко посещал тренировочного занятия армейской команды. Приходил на стадион ЦСКА на Ленинградском проспекте, забирался повыше на трибуну и часами следил, как занимается с хоккеистами Анатолий Владимирович. Меня поражало, что в этих упражнениях никогда не было повторений. Каждый раз Тарасов проводил тренировку по-иному, заного. Он был просто неистощим на придумывание заданий игрокам, и в таком темпе, с таким многообразием и даже, я бы сообщил, нежданностью высказывал предложение все новые и новые задачи, усложняя их, повышая перегрузки, что это не могло не увлекать атлетов… Набор упражнений, их последовательность и различные композиции — все было подчинено определенной задачке дня, которая была поставлена Тарасовым перед командой. Сообщим, назавтра предстоял игра со «Спартаком», а сейчас на тренировочном занятии Анатолий Владимирович назначал одну пятерку играться за спартаковцев, играться в их стиле, в их манере. Так прямо и определял: ты — Старшинов, вы — братья Майоровы… Учтите, предупреждал он других, эта пятерка действует обычно так… начинает атаку таким образом… от них можно ждать таковых ходов», — вспоминал узнаваемый в прошедшем судья Юрий Карандин.
Беря во внимание все вышеупомянутое, логично, что почти все современники считали Анатолия Владимировича безумным трудоголиком и хоккейным фанатиком. Но это не так чтобы так. Тарасов профессионально завладел умением отдаваться тренировочному процессу и играм только в строго отведенное для них время. Величавый русский наставник понимал, что при полном погружении в работу есть риск «сгореть» как морально, так и на физическом уровне. Потому показывать высокий уровень втянутости и самоотдачи во время занятий и игр ему удавалось почти во всем благодаря высококачественному отдыху, которым Анатолий Владимирович не гнушался. В свободное от работы время он часто снимал накопленное напряжение на природе. В особенности Тарасов обожал гулять по лесу и собирать грибы. Еще одним его любимым место была дача, на которой наставник наисильнейших хоккеистов государства отдыхал душой и телом.
«Все, за что папа ни брался, он делал со страстью. Собирал грибы. Солил бочками огурцы, капусту, помидоры, яблоки. Чинил всей семье обувь. Засаживал дачу цветами и голубыми елями. Когда у него начали болеть ноги, он надевал хоккейные наколенники и трудился в саду. Случись на даче застолье, он постоянно сам накрывал на стол. Испить мог, но опьяненным я его никогда не видела. И что бы ни произошло, кто бы ни был у нас в гостях, в 21.30 отец уходил спать. Просто пропадал — и все. Когда его спрашивали, что привезти с собой на дачу, он постоянно говорил: «Только не плохое настроение», — говорила дочь Анатолия, Татьяна Тарасова.
